Германский имперский посол

16.09.2017
Комментариев: 0



Германский имперский посол, Вашингтон, 22 апреля 1915 года».

Но и на это предупреждение немногие обратили внимание. Вечером 1 мая 1915 года «Лузитания» готовилась к отплытию. Заканчивалась погрузка багажа и почты, на палубу океанского лайнера поднимались последние пассажиры. Всего на судне было 1257 пассажиров (из них 129 детей) и 702 члена экипажа, всего – 1959 человек.

Это было комфортабельное и совершенное судно. Здесь была детская комната для пищащих, орущих и хныкающих детей, и лазарет с доктором и нянечками, а также множество других нововведений: лифты, помещения для собак и других домашних животных (путешествующих со своими хозяевами), телефоны и электрические сигнальные лампочки, отдельные комнаты для горничных и слуг.

Арочные дверные проемы, канделябры, инкрустации из красного дерева, дамасские диваны, глубокие и удобные «бабушкины» кресла, висячие «зимние» сады и пальмы в кадках – все это создавало обстановку в стиле модерн, приближенную в то же время к домашней атмосфере. И только слабый запах просмоленной палубы, краски, смазки и машинного масла указывал на то, что «Лузитания» остается судном.

Особое качество «Лузитании», которым гордились ее владельцы, – это непотопляемость лайнера. Двойное дно судна и водонепроницаемые отсеки считались достаточно надежными.

И вот черный дым извергнулся из красно-черных труб. Трапы были со скрипом убраны на причал, а швартовы толщиной с руку сброшены со швартовых тумб. Мощный водоворот вскипел воду под кормой, и «Лузитания» отошла от причала, взяв курс на Ливерпуль. Она дала три громких гудка, которые сразу же заглушили судовой оркестр и заставили пассажиров зажать уши.

Судном командовал Уильям Тернэр, один из опытнейших капитанов английской компании «Кунард лайн». Он не раз уже обогнул земной шар, ему были хорошо знакомы «ревущие сороковые» ниже мыса Горн и тропические острова в южной части Тихого океана. Вот и сейчас он спокойно обозревал блестящую поверхность океана и удовлетворенно попыхивал своей трубкой. Все выглядело так, как было в его лучшие рейсы. Да Тернэр и без того знал, что во время плавания в Атлантике опасность судну не грозит.